Уголовно-процессуальный кодекс РФ ( УПК РФ ) с комментариями к статьям

Статья 133. Основания возникновения права на реабилитацию

1. Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.


<Статья 132 | Статья 133 | Статья 134>

Научно-практический комментарий:

1. В юридическом смысле термин "реабилитация" означает восстановление в правах. Нормы данной главы развивают предусмотренное ст. 53 Конституции РФ право каждого гражданина на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
2. В ч. 1 комментируемой статьи говорится о возмещении вреда, причиненного лицу в результате уголовного преследования, в полном объеме. Полное возмещение вреда согласно гражданскому законодательству (ст. 1082 ГК) состоит в том, что лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или полностью возместить причиненные убытки. Полное возмещение вреда предполагает компенсацию не только имущественного, но и морального вреда, однако согласно ч. 2 ст. 136 УПК возмещение морального вреда при реабилитации осуществляется в порядке гражданского судопроизводства.
3. По буквальному содержанию ч. 1 ст. 133 УПК вред в полном объеме и независимо от вины правоприменителя возмещается лишь тогда, когда он является результатом уголовного преследования, которое текстуально не вполне точно увязано в этой статье с действиями суда. Необходимо учитывать, что суд не является субъектом уголовного преследования (ст. 15 УПК), хотя вследствие его решений, даже напрямую не связанных с реализацией уголовной ответственности, лицу также может быть причинен незаконный и необоснованный вред (например, вследствие исполнения постановления суда о приводе, о наложении денежного взыскания).
4. Следует иметь в виду, что вопросы ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, регулируются также ст. 1070 ГК. Представляется, что нормы гражданского права, установленные названной статьей, должны толковаться распространительно и коррекционно. Установленные в ней условия наступления ответственности органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда расширяются за счет оснований, предусмотренных коммент. статьей УПК. Так, до введения в действие УПК РФ возмещению в порядке ст. 1070 ГК подлежал только вред, причиненный в результате незаконного привлечения лица к уголовной ответственности, применения мер пресечения, заключения под стражу и подписки о невыезде. По УПК РФ к этим случаям добавляется и право на возмещение вреда вследствие незаконного или необоснованного применения принудительных мер медицинского характера, а также незаконного применения любых других мер процессуального принуждения. Ранее вред, причиненный судьей при осуществлении правосудия, возмещался лишь в случае, если вина судьи была установлена приговором суда. На основании ч. 1 ст. 133 УПК вред, причиненный судом при осуществлении уголовного правосудия, возмещается независимо от вины суда. Причем в последнем случае необходимость возмещения вреда подтверждена решением Конституционного Суда РФ <1>. Коллизия названных норм должна, на наш взгляд, решаться в данном случае в пользу норм УПК, поскольку, как указал Конституционный Суд РФ, разрешение в процессе правоприменения коллизий между различными правовыми актами должно осуществляться исходя из того, какой из этих актов предусматривает больший объем прав и свобод граждан и устанавливает более широкие их гарантии <2>.
--------------------------------
<1> См.: п. 2.1 мотивировочной части Определения КС РФ от 18 июля 2006 г. N 279-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр. Рысевой Н.Н. на нарушение ее конституционных прав ст. 133 УПК РФ".
<2> См.: п. 2 Определения КС РФ от 8 ноября 2005 г. N 439-О "По жалобе гр. С.В. Бородина, В.Н. Буробина, А.В. Быковского и других на нарушение их конституционных прав ст. ст. 7, 29, 182 и 183 УПК РФ" // РГ. 2006. 31 янв. N 18.

5. Согласно ч. 2 настоящей статьи имеют право на реабилитацию:
1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор по следующим основаниям: не установлено событие преступления; подсудимый не причастен к совершению преступления; в деянии подсудимого нет признаков преступления; в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт (ч. 2 ст. 302 УПК);
2) подсудимый, уголовное преследование (дело) в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения (ч. 3 ст. 249, п. 2 ст. 254 УПК);
3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено:
- в связи с отсутствием события преступления; отсутствием в деянии состава преступления; отсутствием заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению; ввиду отсутствия заключения судебного органа о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 1, 3 - 5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. п. 1 и 3 - 5 ч. 1 ст. 448. Следует указать на то, что в п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (по-видимому, ошибочно) не упомянуты п. п. 2, 2.1 ч. 1 ст. 448, в которых также говорится о необходимости получения заключения коллегии судей о наличии признаков преступления в действиях Генерального прокурора РФ или Председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ. Кроме того, в настоящий момент в п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (также, по-видимому, ошибочно) не упомянуты п. п. 13 - 14 ч. 1 ст. 448, в которых сказано о необходимости получения согласия Председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ, руководителя следственного органа Следственного комитета при прокуратуре РФ по субъекту РФ на возбуждение уголовного дела соответственно в отношении зарегистрированного кандидата в депутаты Государственной Думы; зарегистрированного кандидата в депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ;
- в связи с непричастностью подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; при наличии в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; при наличии в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела; при отказе Государственной Думы Федерального Собрания РФ в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица.
На практике возникает вопрос, подлежит ли компенсации вред, причиненный уголовным преследованием в случае частичного прекращения уголовного преследования. Конституционный Суд РФ, рассмотрев содержание ст. 133 УПК РФ, разъяснил, что "ни в данной статье, ни в других законодательных нормах, регламентирующих возмещение ущерба, причиненного гражданину незаконным уголовным преследованием, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию, по той лишь причине, что одновременно в другой части обвинения это лицо было признано виновным в совершении преступления либо уголовное преследование в отношении его было прекращено по основанию, не указанному в пунктах 2 и 3 части второй статьи 133 УПК Российской Федерации, - в таких ситуациях с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина суд вправе принять решение о частичном возмещении реабилитированному лицу вреда" <1>. Не предусмотрено законом возмещение вреда, причиненного лицу уголовным преследованием, осуществлявшимся в порядке частного обвинения, если уголовное дело было прекращено по ч. 2 ст. 20 УПК ввиду примирения сторон <2> либо отказа частного обвинителя от обвинения;
--------------------------------
<1> Определение КС РФ от 18 июля 2006 г. N 279-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр. Рысевой Н.Н. на нарушение ее конституционных прав ст. 133 УПК РФ".
<2> См.: Определение КС РФ от 16 октября 2007 г. N 695-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр. Аветяна В.А. на нарушение его конституционных прав ст. 133 УПК РФ".

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по следующим основаниям: ввиду непричастности подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27) или при наличии оснований, предусмотренных для отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела (п. п. 1 - 2, 5 - 6 ч. 1 ст. 24). В п. 4 ч. 2 коммент. статьи упоминается п. 2 ч. 1 ст. 27 как основание для реабилитации. Однако этот пункт содержит ссылку на п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 24, где названы различные основания для прекращения уголовного дела, не все из которых влекут за собой реабилитацию обвиняемого. Например, такое основание, как истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24), права на реабилитацию не создает. По смыслу п. 4 ч. 1 ст. 24 прекращение уголовного дела ввиду смерти обвиняемого также означает, что отсутствует необходимость в продолжении производства в целях реабилитации умершего. Если такая необходимость признана, должно иметь место не прекращение вышестоящим судом дела, а направление его на новое рассмотрение в суд первой инстанции и вынесение оправдательного приговора, который и приведет к реабилитации. Трудности могут возникнуть при определении размера возмещения имущественного вреда при частичной отмене обвинительного приговора, так как абсолютно точно вычленить долю вреда, причиненного частично незаконным и необоснованным уголовным преследованием, завершившимся обвинительным приговором, не всегда представляется возможным (например, в случае, когда обвиняемому неправильно инкриминировалась идеальная совокупность преступлений). Представляется, что при частичной реабилитации определение доли вреда, не подлежащего возмещению, в случаях, поддающихся арифметической оценке, может осуществляться путем пропорционального подхода, а именно пропорционально тому соотношению, в котором находятся срок или размер наказания, оставленные в силе вышестоящим судом, и общий срок и размер наказания, первоначально назначенный по приговору, подвергшемуся пересмотру. Остальной вред подлежит возмещению;
5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные гл. 15 УК и гл. 51 УПК РФ, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры. В случае смерти реабилитированного право на возмещение имущественного вреда переходит к его наследникам (ст. 1112 ГК), а в части получения пенсий и пособий, если их выплата не была произведена в связи с уголовным преследованием, - к тем членам его семьи, которые отнесены законом к кругу лиц, обеспечиваемых пенсией по случаю потери кормильца (ст. 9 ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" от 17 декабря 2001 г.). Право на возмещение вреда в результате смерти кормильца принадлежит также лицам, указанным в ст. 1088 ГК.
6. В части 3 данной статьи упоминается лишь о незаконном применении мер процессуального принуждения как основании возникновения права на возмещение вреда. Однако применение этих мер может быть и вполне правомерным, если для этого в тот момент имелись законные процессуальные основания. Например, лицо было задержано вследствие ошибочного указания на него потерпевшим и очевидцами; затем ошибка была обнаружена и задержанного освободили, причем ему был причинен в ходе задержания вред. В подобных случаях было бы несправедливо отказывать лицу в возмещении вреда. Представляется, что возмещению подлежит как вред, причиненный реабилитированному при совершении в отношении его собственно незаконных или необоснованных действий, так и в результате законных и обоснованных на момент своего производства действий, которые, однако, были связаны с напрасным уголовным преследованием. Вместе с тем исчерпывающий перечень мер процессуального принуждения дан в разделе IV настоящего Кодекса. Среди них не названы такие принудительные меры, как обыск, выемка и другие следственные действия, осуществляемые в принудительном порядке, за исключением личного обыска (ст. 93 УПК). По буквальному смыслу этих норм не возникает право на возмещение вреда в порядке, установленном гл. 18, например в случае его причинения лицу при проведении следователем, органом дознания или дознавателем незаконного обыска в жилище или ином месте (ст. 182 УПК), хотя подлежит вред, причиненный при личном обыске (ст. ст. 93, 184 УПК), поскольку последний указан в разделе IV УПК. На наш взгляд, такой подход был бы нелогичен и явно несправедлив, поэтому понятие мер процессуального принуждения для целей данной статьи следует толковать расширительно - как любые принудительные процессуальные (в том числе следственные) действия, произведенные органом дознания, дознавателем, следователем и судом в ходе уголовного судопроизводства.
7. Следует иметь в виду, что право на реабилитацию не возникает, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, а также ввиду принятия уголовного закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния <1>.
--------------------------------
<1> См.: Определения КС РФ от 18 июля 2006 г. N 279-О, от 21 декабря 2006 г. N 531-О.

8. Иными случаями причинения вреда, которые согласно ч. 5 данной статьи рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства, могут быть, например, случаи причинения вреда незаконными действиями, произведенными при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий, неправомерными действиями судебного пристава или судебного пристава-исполнителя и т.д. Такой вред должен возмещаться по основаниям и в порядке, предусмотренным ст. ст. 1064, 1069 ГК.